За горизонтом осознанного мира. Шнейдерман Г.А.

В 1993 г. мой знакомый, физик, лидирующий в разработке принципиально новых технологий, близких к «биокомпьютерам», создатель частной фирмы, приехал в Киев. Мы сидели в «Чайнике» над Крещатиком. С ним была девушка, которой он показал чертеж, воплощавший его новую идею. Она достала карандаш и стала быстро вносить изменения в чертеж, дорисовывая и заменяя целые фрагменты, и так же быстро объясняла, какие новые возможности это даст. Ничего подобного вообразить было невозможно. Она говорила совершенно неизвестные вещи с какой-то будничной методичностью. Узнав, что она киевлянка, мы договорились, что она зайдет ко мне в институт. Она пришла вовремя, и я повел ее в полуподвал, в лабораторию, где работал мой знакомый. Едва переступив порог, она показала на осциллограф и сказала, что кривая должна проходить ниже, мешает наводка через две стены от рентгеноструктурной установки. Запомните показания и идемте. Они выключат, а вы проверьте. Все так и произошло. Кривая опустилась. Мой товарищ был поражен. Он положил перед ней папку синек с чертежами установки, над которой он работал. Она сказала, что часть блоков не нужна.
Но так делают во всем мире. Без них прибор не может работать.
Конечно,- сказала она,- если одну недоработку устранять другим «наворотом». Здесь уже не должно быть гармоник.
Начался разговор, пригодный для сценария фантастического фильма.
— Впрочем,- спохватилась она,- ваша технология этого сделать еще не позволяет.
Ирина предпочитала одеваться, как она выражалась, «по-солдатски». Например, напяливать грубые, но очень удобные сапоги и иронизировала по этому поводу.
В течение многих месяцев нашего своеобразного сотрудничества (обычно у меня дома) выработался четкий стиль работы. Она диктовала на плеер, как будто читала книгу, а я зарисовывал или записывал, если это было нужно. Не глядя, она подходила к стене, брала с полки нужную книгу, так же, не глядя, открывала ее на нужной странице и дальше диктовала, начиная с той формулы, которая на этой странице была напечатана. Она обладала способностью считывать информацию с выключенного компьютера.
Однажды у нее не хватило терпения ждать, пока появится картинка на экране. «А, -воскликнула она, — посмотрю на своих фотонных». Прикрыла глаза и тут же стала рисовать искомую картинку. Я знал, что речь идет о неких неведомых нам «лунных лабораториях» (о чем будет речь дальше).
Однажды вечером я попросил ее сделать абстрактные цветные рисунки, которые могли бы служить тестом психофизической структуры восприятия человека. «Хорошо,- сказала она,- сейчас куплю гуашь, кисти, перья и все, что нужно и завтра утром принесу». Тогда купить все это было не просто, тем более перед закрытием магазинов. Она купила все, включая нужную бумагу, в первом же магазине. Утром принесла пятьдесят необычных цветных рисунков, написанных рукой художника.
Постепенно Ирина раскрыла свою историю. Я кое-что скажу об этом, так как надеюсь, что у читателя хватит здравого смысла не искать ее. Ничего хорошего из этого не получится, даже если читатель знает, о ком идет речь. У меня есть основания для такого предупреждения. Так что примите к сведению и ничего не предпринимайте.
Девушку «вели» многие годы. Она получила специальность физика-ядерщика. Постепенно ее истинная природа стала раскрываться, вернее, стало раскрываться то, что было заложено в ней. Она получила некие серьезные доказательства своей особой истории и стала просить тех, от кого она, снять блок с ее памяти. Ее предупреждали, что это будет для нее серьезным испытанием. Но она просила. И однажды это свершилось. Я не хочу пересказывать пережитого Ириной в тот момент, когда она осознала себя в своем изначальном мире. И тут на него наложилась картина окружающего ее полного «машин» Крещатика во всей той «противоестественности», в которой она теперь предстала. Покончить с собой ей не дали.
По воспоминанию Ирины, детство у нее прошло в лунной лаборатории, где она жила до четырехлетнего возраста. Был учитель. Странно, но она общалась с существом, похожим на рыбу, которое было отделено от нее прозрачной переборкой. Обучение проходило обычно одним актом после соответствующей подготовки. В специально оборудованном помещении в сознание вкладывалось полное знание в том объеме, на который оно было рассчитано. Если проверка показывала некие сбои, процедура в нужное время могла быть повторена.
То, что надиктовала и передала мне Ирина, заняло не одну сотню страниц, не считая магнитных записей. Естественно, при той плотности и новизне информации я многого не успевал осмыслить. Понадобилось немало времени, чтобы все это как-то переварилось и в общем потоке начало выделяться главное, некоторую часть которого я и пытаюсь здесь передать в достаточно упрощенном виде.
Согласно Ирине, имеется группа Матриц, задающая единый закон структурообразова-ния в Универсуме. Ход любого процесса, его последовательность есть развертывание фаз и стадий структурной группы, которые определяются этим законом. Ничего иного нет в структурном Универсуме. Цвет и Звук как первичные качества Универсума, проявленного для воспринимающего разума, лежат в генетической (алгоритмической) основе любого процесса, порожденного этой структурной группой, в каких бы конкретных формах он ни проявился. Любой символ (в частности, слово) есть не что иное, как код цвето- и звукоряда. Таким образом, перебор всех возможных сочетаний букв любого слова, как квантов смыслового облака, раскрывает полную историю объекта, меткой которого является это слово.
Так раскрывается космический код, несущий генетическую историю любого слова-объекта на любом языке (но с разной степенью глубины смыслового объема, в зависимости от чистоты — первичности генетического кода данного языка).
Правильное прочтение этого кода и зависящее от этого прогнозирование момента времени образования критической фазы любого процесса, определяемой его генетической основой, рассчитывается по так называемому Сотовому Модулю, по которому идет вращение световых — цветовых, звуковых и зодиакальных составляющих этого процесса (считается центр и шесть каналов по Цвету, отдельно — центр и шесть каналов по Звуку и отдельно 12 зодиакальных единиц временного отсчета). Следует добавить, что астрология отчасти стихийно использует этот закон, а Ирина занималась подобными расчетами для АЭС и провела со мной специальное занятие по расшифровке космических кодов.
Встреча с Ириной как бы замкнула треугольник неординарных встреч, которые помогли мне обрести новое, целостное понимание Универсума.
Три встречи — три грани треугольника.
Герловин принес с собой целостную многопространственную модель организма Вселенной, в основе которой лежит пространство из плотно упакованных свернутых микровселенных, каждая из которых есть проекция всей Вселенной.
Ирина принесла технологическую конструкцию иных миров, в основании которой лежали совершенно неожиданные, не укладывающиеся в рамки традиционной науки, математическая аксиоматика и физические представления. В соответствии с ними наше пространство Вселенной, как показал и Герловин, клеточно и само является такой же клеткой. Как и каждая из клеток, его составляющих, эно взрывоподобно переходит барьер макро-микроуровня, оставаясь все той же клеткой. Таким образом, клетка есть свертка всего пространства — точка или Вселенная, что, в сущности, одно и то же. Иными словами, клетка есть сверхконцентрированная информационная единица — код всего пространства Вселенной, содержащий информацию обо всех составляющих ее точках.
Принятое же в науке представление о гравитационном коллапсе (с образованием сферы Шварцшильда) представляет собой в чем-то верную, но весьма упрощенную модель, не позволяющую рассчитывать системы взаимодействий пространственно свернутых единиц на «докристаллическом» уровне, т.е. уровне, предшествующем возникновению вещественных, вернее, овеществленных миров и управлять ими технологически (например, построить квантовый генератор вещества).
Для расчета таких систем Ирине понадобилось привлечь ряд специальных дисциплин, таких как «Введение в сетовый анализ», «Теория дисинусоидальных полей» (введение в физику сетов), «Сетовая динамика» и т.п. Все это было положено в основу работы над созданием квантового генератора вещества, которая с ее подачи проводилась в лаборатории «Биофиз» в Волгодонске в 1992 году. Она передала лаборатории принципиальные схемы сложнейших блоков этого устройства, в частности, схему звукового аксиального модулятора, систему организации лучей-носителей нулевого ввода первого рода, графики режимов работы системы… Вообще, она веером сеяла технологические семена в нашу цивилизацию, всходы которых, и это следует подчеркнуть, контролируются не ею.
Информационный пласт, принесенный Ириной, позволил сделать следующий (по отношению к Герловину) шаг к пониманию взаимодействия сфероподобных Вселенных, составляющих наш Универсум. Физика Сетов доказывает, что сферы-Вселенные, прилегая друг к другу, взаимно деформируются. Между ними возникают торовые структуры и каналы, тянущиеся из Вселенных во вне и образующие трубчатые пространственные свертки. В упаковке, подобной пчелиным сотам (в плоскостном срезе), от каждой Вселенной исходит двенадцать каналов — по шесть в смежные Вселенные и по шесть — между ними, за их пределы. По этим каналам и циркулирует энергия-информация. Кстати, об этом же писал Гер-ловин, говоря о потоках циркуляции, которым открыты Вселенные. Мало того, оказалось, что эти каналы (с наличием которых, в частности, связано зодиакальное влияние) на макро-и микроуровнях соответствуют бесчисленным «нитям», описанным Карлосом Кастанедой.
Впрочем, все это найдет свое место и будет рассмотрено в этих книгах. Я же возвращусь к треугольнику, образованному тремя встречами.
Объединяющую вершину этого треугольника обозначила Лена. Дав ей имя ТРЕТЬЯ ШКОЛА, она опережающим образом высветила направление, которое тогда еще только намечалось в пространстве интуитивных представлений и только потом, много лет спустя, обрело жизнь и привело к той картине Универсума, которая изложена в этой книге,- к картине, составной частью которой стало то, что ранее считалось его базовой основой, отраженной в каббалистическом Древе Жизни и связанных с ним Арканах Таро и Астрологии.
Три угла, три стороны треугольника — три школы.
Первая — совокупный результат любых форм физического бытия (включая «тончайшие» его формы) во всех мирах и состояниях, доступных человеческому существу. Это мировое эзотерическое наследие, наследие религиозно-философского, магического, мистического и иного трансцендентально-бытийного опыта.
Вторая — плод человеческих усилий на путях разума. Это концептуальное наследие человечества, составившее существующую сегодня научную картину Мира.
Наконец, третья школа — это то, что генетически предшествует, а семантически замыкает треугольник, две стороны, две грани которого представляют две предыдущие. Логическое мышление способно предложить модель Универсума, порожденного верховным началом, последовательно разворачивающего нисходящую пирамиду уплотняющихся состояний бытия и свертывающего все это в конце цикла творения.
В этой модели потоки развивающихся единиц разума реализуют себя, циклически проходя через последовательности различных состояний — от «тончайших» к наиболее плотным и снова к «тончайшим» состояниям бытия.
Способность разума создавать абстрактные модели Универсума и способность непосредственно воспринимать процессы и состояния, отвечающие определенным мировым уровням, как правило, дополнительны. Те, кто в полной мере обладает последней способностью (назовем их, скажем, адептами эзотеризма), получают сквозной опыт бытия, обретенный в циклических траекториях, пронизывающих миры различной плотности, как линейно спрямленную последовательность: синусоида, как растянутая спираль, превращается в линейный коридор памяти сквозного бытия.

Коварную роль в этом случае может сыграть (и играет) масштабная инвариантность. Несколько упрощая, можно сказать, что осознающая единица, воплощенная в мир масштаба нашего атома, будет воспринимать атом огромным пространством, и наоборот, воплощение в метагалактику убедительно покажет, что отдельные галактики — лишь мелкие физические объекты. Так, нами, землянами, все окружающее осознается относительно размеров нашего тела.
То же и с масштабом времени. Миллиардные доли секунды в мире атома (по нашему отсчету) и миллиарды лет в мире галактики могут быть соизмеримыми между собой в памяти адепта, побывавшего в обоих этих мирах или состояниях.
Созерцанию принципиально не дано однозначно воспринимать совокупность явлений и объектов, характеристики которых относительны по самой своей природе. Разум же может выйти из плена относительных категорий, как бы превосходя самого себя в своих абстракциях. Форма снимается через форму. Разум определенного качества снимается достижением полноты этого качества. Идея и форма стимулируют друг друга, с одной стороны, развивая одна другую, с другой же — «снимая» одну другой.
Третья школа объединяет пути и достижения первой и второй школ человечества, устраняя перегородки между ними, снимая формы и обнажая, точнее, проявляя тот единый структурно-сущностный фундамент, который лежит в основании Универсума.
Рассмотрение этого фундамента составляет содержание книги, но не является ее целью. За ним открывается достижение полноты того знания, которое стоит перед сущностью. Полнота достигается в момент расставания, и она его открывает, когда данный этап пути пройден. При этом происходит фундаментальное превращение, называемое трансмутацией. Трансмутация, охватывающая сущностные основы жизни, есть расставание с ней в известных нам формах. Она открывает иной этап бытия человеческого Жизнепотока. Переходу к нему в терминологии мировых эзотерических представлений может отвечать понятие «вознесение». Более глубоко с этими вопросами можно познакомиться во второй книге и в Дополнительном приложении в конце этой книги.

Источник