Тайна древнего городища Судагылан


В окрестностях Мингячевира в свое время был обнаружен археологический историко-культурный комплекс древнего городища Судагылан, а также еще три поселения и три древних могильника. Комплекс считался крупнейшим в Закавказье. 

Ученые датируют самые старые археологические памятники III тысячелетием до н.э. Два поселения датируются III-XIII вв. н.э., одно – XIV-XVII вв. н.э. 

Археологический комплекс включал в себя албанские христианские храмы V-VIII вв., христианские и мусульманские погребения и другие объекты, которые дают представление об образе жизни людей, обитавших на этой территории много столетий назад. 

Самые древние поселения относятся историками к культуре Куро-Аракского энеолита. Другая группа памятников относится к ходжалы-кедабекской культуре (конец II – начало I тысячелетия до н.э.). Значительное количество погребальных комплексов относится к эпохе раннего железа (VIII-II вв. до н.э.). 

Впервые поверхностные исследовательские работы на месте древних поселений были проведены в 1871 г. археологом Ф.С. Байером, который описал древний Мингячевир как «город, стоящий на столбах». Сообщение сильно заинтересовало историческую общественность, но лишь в 1935 г. под руководством профессора Евгения Пахомова здесь начались серьезные раскопки и были обнаружены два древних поселения, а также различные виды могил. Работы Пахомова были связаны с подготовкой к строительству водохранилища и Мингечаурской ГЭС. 

Уже в 30-е гг. стало понятно, что древнее поселение стояло на оживленном перекрестке торговых путей и было важным торговым и культурным центром. Такие выводы были сделаны, в том числе, и благодаря найденным здесь монетам: греческим, римским, сасанидским, аршакидским и арабским. 

Системное, серьезное и плановое исследование Мингячевирских археологических памятников началось в 1946-1953 гг., когда началось строительство ГЭС. Археологические работы на юге горного хребта Боз-Даг, на берегах Куры велись под руководством ученого-историка С.М. Казиева (в современной транскрипции – Газыева). В ходе этих работ было обнаружено еще два поселения и четыре больших кладбища с могильниками, в которых умерших хоронили вместе с украшениями, оружием, дорогой утварью.

Найденные остатки жилых построек из кирпича-сырца, изделия из камня, кости и металла, стеклянные изделия, в том числе из финикийского стекла, остатки конской упряжи, фаянсовая посуда, посуда из золота и серебра, духовые музыкальные инструменты, гончарные ямы и готовая глиняная утварь, богатые украшения, обломки скульптур, различное оружие, монеты ряда древних восточных городов, остатки текстиля свидетельствуют о высоком уровне развития торговых и культурных связей древнего Мингячевира. 

В центре городища также были обнаружены развалины уже упомянутого албанского храма, в центре которого имелся довольно большой молельный зал. На его стенах сохранились следы древней штукатурки, местами даже была видна роспись, сделанная растительными красками. На каменной капители внутри храма сохранилось изображение двух павлинов. Толстые стены храма (толщина их достигала полутора метров) были построены из кирпича-сырца. Интересно, что небольшое квадратное захоронение, обнаруженное внутри, было выложено уже из обожженного кирпича, в отличие от основных стен храма. Крыша культового сооружения была покрыта деревянной черепицей. 

Также были обнаружены каменная база для креста и фрагменты керамических подсвечников с албанскими надписями. Любопытно, что источники, сообщавшие о находке и относящиеся ко времени обнаружения городища, говорили исключительно об албанских надписях. 

Некоторые рмянские и российские СМИ упоминали армянские надписи, забывая, что это анахронизм: в то время на территории городища армян не было и быть не могло, т.к. их вообще не было в Закавказье. Тем более не было и армянской письменности, возникшей гораздо позже, после V в. как заимствование из эфиопского письма геэз (чем были крайне недовольны эфиопские ученые). 

На правом берегу реки Куры была сделана еще одна уникальная находка – так называемые кувшинные (горшковые) погребения. Помимо больших кувшинов, служащих своего рода гробами, были найдены глиняные сосуды поменьше и другая посуда. Посуда была культовой вещью древних людей – символизировала пищу и жизнь; использование ее в обряде погребения говорит о вере древних в жизнь после смерти. Именно поэтому в могильниках были найдены украшения, монеты, различные орудия труда. 

Кое-где археологи обнаружили останки крупных домашних животных и богатую утварь. Предполагается, что в таких могилах были захоронены вожди племен. Всего «горшковых могил», расположенных в нескольких курганах, было найдено более трехсот. 

Как осуществлялось кувшинное погребение? В большой кувшин с широким горлом укладывалось тело усопшего в позе эмбриона головой, как правило, к отверстию. Кувшин укладывался на бок (правда, иногда встречаются кувшины, установленные вертикально). Создавалось ощущение, что усопших готовили к воскрешению в новой жизни, как бы возвращая их в материнскую утробу. Хоронили покойников в одежде, с украшениями, иногда под голову клали камень. 

Как правило, кувшинные погребения не имеют никаких наземных признаков. Глубина могильных ям различна, начиная от нескольких десятков сантиметров и кончая тремя-четырьмя метрами. Могильные ямы делались квадратными, прямоугольными, круглыми или овальными. Ориентация погребальных кувшинов в разных регионах неодинакова. Наиболее устойчива ориентация в Мингячевире, где большинство кувшинов направлено с юго-востока на северо-запад. 

Обряд кувшинного погребения у древних албан прекратился лишь после вхождения Албании в состав теократического государства – Арабского халифата и принятия большинством албанцев – не христиан – исламской религии. 

Помимо кувшинных погребений, было обнаружено и свыше двухсот катакомбных погребений I-VIII вв. н.э., неизвестных до этого в Закавказье. Они содержали глиняные, стеклянные и серебряные сосуды, перстни с разными изображениями, железное оружие, золотые серьги и другие украшения, аршакидские и греко-римской монеты и сасанидские печати. Источник: earth-chronicles.ru